Новости

11.Мар.2013

Вячеслав Виттих: «Те, кто любит роман Булгакова, будут меня ругать»

vittВсего четыре года назад Вячеслава Виттиха мы представляли как выпускника режиссерского факультета РАТИ/ГИТИС и участника режиссерской лаборатории при Калининградском областном драматическом театре. Сегодня он - востребованный молодой профессионал.

 

В Калининграде для Вячеслава Виттиха нынешний сезон – уже четвертый: четыре сезона – четыре спектакля. В качестве режиссерского дебюта здесь он поставил «Беспощадна как сердце» по пьесе Дениз Бональ, потом сделал реверанс в сторону своего учителя Валерия Беляковича и довольно эффектно развил заданную им тему в спектакле «Куклы», в прошлом сезоне добавил в репертуар театра «Панночку» Нины Садур по гоголевскому «Вию». Теперь театр доверил режиссеру «Мастера и Маргариту» - премьера назначена на 6-7 апреля.

 

- Очевидно, что перенести роман на сцену «один в один» невозможно – спектакль получится часов на пять-семь, да и стоить будет дороговато. Твоя инсценировка, сделанная специально для постановки в Калининграде, учитывала какие-то пожелания театра как заказчика – я имею в виду финансы, материальное обеспечение, возможности труппы, - или это было исключительно твое творение, без оглядки на театр?

 

- Я инсценировал так, как видел. Театру было важно, что это «Мастер и Маргарита». Инсценировка не писалась – в буквальном смысле слова, - а, скорее, компилировалась из всех материалов, которые я смог найти, с приблизительным взглядом на будущий спектакль. Что-то приходилось брать из текста Булгакова, что-то - переделывать.

 

- Постановок «Мастера и Маргариты» много было на российской сцене?

 

- Много, но, к счастью, я не видел ни одной. В подсознании увиденная картинка все равно бы осталась, а потом исподволь стала бы влиять. Я в таких случаях всегда боюсь: вдруг что-то настолько понравится, что никогда уже из головы не выбьешь. Правда, давным-давно, когда еще учился у Валерия Беляковича, видел его спектакль в Театре на Юго-Западе. Но оттуда я ничего не беру.

 

- Сильно пришлось сокращать количество персонажей?

 

- Я насчитал у Булгакова больше восьмидесяти, включая совсем незначительные – прохожих и т.д. У нас их тридцать восемь – самые важные и главные для меня.

 

- Договоренность с театром по поводу «Мастера и Маргариты», насколько я понимаю, состоялась в начале сезона?

 

- Не совсем. Сначала мы с Михаилом Анатольевичем Андреевым хотели ставить другой спектакль, а потом хорошо подумали – и решили, что все-таки «Мастер и Маргарита» театру в репертуаре не помешает. Тем более, у меня к этому времени уже сложилось представление о том, каким должен быть спектакль. Я давно хотел его сделать, он сидел у меня в голове, но решения, как такового, не было. Не могу сказать, что сегодня оно есть на сто процентов, но с каждой репетицией я все больше утверждаюсь в каких-то своих мыслях по поводу спектакля, приближаясь к его окончательному решению.

 

- Приобретая все больше уверенности в правильности избранного пути?

 

- Боюсь, те, кто очень любит этот роман Булгакова, будут меня ругать. Пришлось многое переделать. Спектакль не предназначен для тех, кто хотел бы впервые ознакомиться с материалом, это не иллюстрирование, не «экранизация» романа Булгакова. Если зритель захочет узнать, о чем, собственно, роман «Мастер и Маргарита», то надо читать роман. Моя задача – интерпретация романа, не новая, может быть, другая, но – не очень сильно отступая от Булгакова.

 

- Что значит – «не отступая от Булгакова»? Ты имеешь в виду текст или смыслы?

 

- И текст, и основные идеи. У каждого, кто читает роман, появляются свои мысли, каждый интерпретирует роман по-своему, в том числе и я. Я вижу роман через призму современности, сегодняшнего дня, а Булгаков описывал 20-30-е годы прошлого века. Мне бы не хотелось привязывать спектакль к конкретному времени – в костюмах, музыке и т.д.

 

- А подробнее об отступлениях можно?

 

- Например, на афишах и программках у нас значится 16+, но если мы разденем актрис в знаменитой сцене, получается уже 18+. Пойдем строго по тексту Булгакова - потеряем часть зрительской аудитории. Наверное, все-таки спектакль будет не таким откровенным, но с определенными обнажениями в пределах 16+.

 

- Какие смысловые доминанты являются для тебя наиболее важными в самом романе – и каковы они будут в твоей сценической версии?

 

- Хотелось бы затронуть все пласты и вскрыть все смыслы, но это невозможно. Сейчас мы репетируем – и с каждой репетицией убираем какой-то пласт, который, на наш взгляд, мешает выражению основной смысловой доминанты – вечной борьбы добра и зла. В каждом человеке есть и свет, и тьма, - в разные моменты жизни превалирует то одно, то другое. И Воланд иногда бывает человеком – и ничто человеческое ему становится не чуждо. Мне интересен, прежде всего, человек, интересно покопаться в современном человеке, интересно, чего в нем окажется больше – света или тьмы. А о чем спектакль, пусть думает зритель.

 

- При работе над прозой в театре тебе был бы интересен, скажем так, метод метафорического осмысления текста на сцене практически без купюр – как у Някрошюса?

 

- Наверное, нет. Невозможно победить фантазию человека. Почему сложно делать «Мастера и Маргариту»? Потому что ее читали очень многие - и у каждого работало его личное воображение, которое я навряд ли смогу нейтрализовать своими образными решениями.

 

- Понимаю, что многое рождается в репетиционном процессе, но ты производишь впечатление режиссера, у которого уже с самого начала работы есть конкретное представление, каким должен быть спектакль на выходе, есть жесткий каркас для будущего тела спектакля, основа для его будущей ткани…

 

- С этим спектаклем, в отличие от остальных моих работ здесь, получилось иначе. Слишком многое рождается в процессе. Сложившаяся картинка спектакля, которую я считал идеальной в течение лет трех, теперь начинает изменяться кардинально. Не знаю, что будет через неделю. Каждые выходные мы делаем прогоны: в субботу – первый акт, в воскресенье – второй, - хотя актеры еще не весь текст выучили и ходят с листочками, но очень важно периодически фиксировать общее состояние спектакля. И я понимаю, что изначально умозрительно «общее состояние» я представлял себе совершенно другим, нежели, допустим, вчера на прогоне. Сейчас мы уходим в бытовуху, которую я очень не люблю. Приходится с ней бороться, хотя у Булгакова ее столько, что не победишь. Некоторые сцены несколько раз переделываю, мучаюсь, но налет быта все равно остается. Надеюсь, что процентов восемьдесят всего этого мы снимем – и будем спокойно существовать в фантасмагории.

 

- В современных условиях, когда на постановку дается максимум месяц, такой вдумчивый процесс невозможен. На «Мастера и Маргариту» театр выделил аж три месяца – что и удивительно, и приятно…

 

- И больше возможностей расслабиться. В этом минус. Когда у тебя всего лишь месяц, ты четко понимаешь, что конкретно и как ты должен сделать сегодня, завтра, послезавтра. А когда у тебя три месяца, начинаешь расслабляться. Но я стараюсь не поддаваться. Мы только сейчас вошли в нормальный репетиционный процесс, до этого были какие-то эскизики и примерки, а вот теперь мы начинаем заново, по полной программе – и каждый уже имеет какое-то свое представление о том, каким должен быть финальный вариант спектакля.

 

- Очень понравилось распределение ролей – его ведь ты сам делал?

 

- Да, поскольку хорошо знаком с труппой.

 

- Не будем выдавать секретов, единственный вопрос по поводу Мастера: Олег Яковенко – новый актер в драмтеатре?

 

- Он переехал из Москвы, где служил в Театре имени Рубена Симонова, его родители живут в Калининграде. До распределения воочию я его не видел – только фотографию, и один раз поговорили по телефону. Решил, что на роль Мастера он подойдет.

 

- А летать-то будем вместе с Маргаритой?

 

- С нетерпением жду приезда сценографа Юлдаша Нулматова, который работал уже здесь в «Панночке». Вместе с ним и Артемом Мальковым - он будет заниматься пластикой и постановочными моментами спектакля, - начнем придумывать полеты.

 

- Последние четыре годы ты делаешь в Калининградском облдрамтеатре по спектаклю в год, ежегодно мы с тобой общаемся для интервью – и мне не уйти от «ежегодного» вопроса: чем занимался после прошлогодней премьеры «Панночки»?

 

- Один из нелюбимых моих вопросов, потому что ответ банален: зарабатывал деньги. Конечно, параллельно делал какие-то работы, но их не так много. В последнее время во многих театрах наблюдается странная тенденция – может быть, не везде, только мне так попадается, - звонят и говорят: не могли бы вы у нас поставить, к примеру, Лопе де Вега, приезжайте через месяц. Вынужден отвечать: не могу через месяц, я должен подготовиться. Если у меня к какому-то материалу не лежит душа, лучше откажусь, чем соглашусь и буду делать абы что. Для меня важен, прежде всего, материал, который будет меня интересовать. Из-за этого я сейчас не так много ставлю. Предложения есть, но я не хочу ставить современные комедии, которые мне не смешны.

 

- То есть – до Рэя Куни не опускаешься?

 

- Рэй Куни – это не самый худший вариант. Но есть ведь такое… – вообще не понимаю, зачем это нужно театрам.

 

- Я тебя видела на эскизных показах лаборатории «Нова ТЕМА» Олега Лоевского в облдрамтеатре. Как ты оцениваешь этот опыт, новый для нашего театра?

 

- Очень понравилось, многие актеры открылись для меня с совершенно новой стороны, все постарались. Мне кажется, такие лаборатории надо делать – и почаще.

 

- Тебе было бы интересным поучаствовать в лабораториях Олега Лоевского?

 

- Любопытно, интересно, но – навряд ли. Это как раз тот случай, когда у тебя нет права выбора материала, а мне это не подходит.

 

Текст – Евгения Романова